Историко-географический экскурс в историю происхождения кошки. Часть первая

И кошка, и собака относятся к тем животным, с которыми мы, люди, много лет назад заключили негласный союз — неписаный, молчаливый пакт с их предками, предложив им пищу, кров и защиту в обмен на выполнение ими некоторых обязанностей.

Для кошек условия старинного контракта были и, по сей день остаются более лёгкими — на них возлагается обязанность бороться с домашними грызунами и просто быть домашними животными. Кошки не представляли для людей ценности на охоте, были непригодны для охраны имущества или защиты хозяев, и вьючным животным кошка быть не мгла. И всё же, несмотря на довольно ограниченную полезность, кошка сумела сохранить и удержать привязанность человека.

В мире живёт около 400 миллионов домашних кошек, причём их распределение по странам очень неравномерно. К примеру, ни один житель Перу, Габона или Гайаны не держит кошек. Совсем иная ситуация в США, которые прочно удерживают первое место в мире по численности «кошачьего населения»,— здесь их 55 миллионов. Рекордсмен по числу кошек на душу населения — Австралия, где на десять жителей приходится девять животных.

Что касается родословной наших домашних усатых-полосатых любимцев, то большинство из них происходит от смешанных предков. Беспородных животных среди кошек больше, чем среди собак, и хотя на кошачьих выставках имеет место такое же острое соперничество, они проводятся реже, чем собачьи, так как и самих пород кошек значительно меньше — раз в десять, чем пород собак. Причиной тому ограниченный круг функций, которые в древности выполняла кошка. Изменения длины шерсти, окраса или рисунка, пропорций тела зависели от капризов хозяев, ответственных за доморощенную селекцию. Это привело к появлению поразительно красивых разновидностей кошек, но не создало того удивительного разнообразия пород, какой мы находим у собак.

Задолго до того как кошка была введена в ранг друга и любимца человека, задолго до выведения первых ценных пород, союз кошек и людей основывался полностью на умении животного уничтожать вредителей.

Кошки справлялись со своей задачей блестяще. Потом наступили другие времена, и вот на древнеегипетском барельефе, изображающем трапезу знатной четы, мы видим кошку, сидящую под изящным резным столиком. Возможно, она ждёт, что ей перепадёт что-нибудь со стола. Но её поза напоминает скорее позу этакой капризной аристократки, слегка задравшей нос, как и положено придворной кошке. Конечно, эта кошка питается не мышами. Может быть, она даже забыла, как это делается...

Бытовало такое мнение: чем меньше кормить кошку, тем она голоднее и тем больше будет она уничтожать грызунов. И хотя на первый взгляд это положение кажется логичным, на деле оно ошибочно. Голодная домашняя кошка в поисках пищи расширяет контролируемую ею территорию до огромных размеров и уничтожает меньше грызунов непосредственно рядом с домом. Кошки, хорошо накормленные хозяином, предпочитают оставаться вблизи дома, и количество вредителей, уничтоженных ими тут же, значительно выше. Тот факт, что они накормлены и не голодны, не имеет ни малейшего отношения к количеству уничтожаемых грызунов, так как инстинкт охотника у них не зависит от чувства голода или сытости. Кошки охотятся ради самого процесса охоты.

На рисунке из книги П. де Монкрифа «Кошки», изданной в начале XVIII века,— одна из первых персидских кошек, вывезенных из Хорассана в Италию. До недавних пор было установлено «с достаточной точностью»: родина домашней кошки — Северная Африка, и главным доказательством тому была вовсе не любовь наших Мурок к теплу. Буланые кошки — наиболее вероятные их предки — не только любят тепло, но и легко приручаются, в противоположность диким европейским котам, хозяевам глухих лесов нашего континента. К тому же буланых кошек, распространившихся в Африке от Алжира до мыса Доброй Надежды, роднят с домашними и анатомические особенности, например строение скелета и объём головного мозга.

Эдуард Рюппель, естествоиспытатель из Франкфурта, в середине прошлого века первым заинтересовался североафриканской буланой кошкой. Он обнаружил её на западном берегу Нила, в нубийской полупустыне, близ местечка Амбукола, и сделал очень точное описание. Однако позже стало выясняться, что свою лепту в создание домашней кошки вложили не только египетские животные, но и кошки из Месопотамии, Аравии и иных стран. Родилась гипотеза: может быть, она произошла от скрещивания степной и кавказской диких кошек?

А манул? Ведь в 1913 году его сравнивали с персидской домашней кошкой, и нашли много общего... Добрались и до барханной кошки. Она живёт на обширной территории — от Каракумов до глубинных районов Ирана. Здесь, на пустынном нагорье в Северо-Восточной Персии, в начале XVII столетия итальянский аристократ Пьетро делла Валле нашёл ручных кошек необычайной красоты. Они отличались, прежде всего, своей шелковистой серо-голубой шёрсткой и пышным хвостом. Он подробно описал их в своих «Письмах потомкам». Было ли сходство между ними и живущими там же барханными кошками, являются ли они предками персидской кошки? Да и вообще, привёз ли этот римский любитель приключений такую кошку на родину, чтобы вывести новую породу длинношерстных красавиц? Это к сожалению, осталось неизвестным.

Учёные до недавнего времени и не подозревали, что и буланая (она же нубийская) кошка, и барханная — всё это подвиды одного и того же вида диких европейских кошек, широко распространённого в Старом Свете. Это выяснилось сравнительно недавно. Выходит, египтяне приручили североафриканскую разновидность, жители Азии — азиатскую и так далее. Так была создана первоначальная основа — грациозное животное с изящным телом и на длинных лапах. А уже позже, когда римляне освоили Западную Европу, появились и другие домашние кошки — результат скрещивания «южанок» с приземистыми, коренастыми дикими европейскими котами, и они дали сильное, более крупное потомство.

Сегодня результат таких многочисленных и беспорядочных скрещиваний проявляется в том, что одни кошки отличаются большими размерами и коренастым телосложением, другие, напротив, худы, у них тело вытянутой формы, как, к примеру, у сиамских и восточных короткошерстных. Кстати, именно сиамские кошки, избежавшие контактов с тяжеловесными северными собратьями, наиболее близки по всем показателям к своим прирученным прародителям.

Так или иначе, исследователи согласны сегодня в одном: приручение кошки не могло начаться до возникновения земледелия в неолите. В этом плане судьба кошки в корне отличается от собачьей. Ведь собаки играли важную роль в жизни человека и до развития земледелия. Ещё в период палеолита древние охотники научились использовать своих четвероногих спутников, обладающих острым обонянием и прекрасным слухом. Кошки же не представляли ценности для древнего человека, пока тот не начал создавать запасы продовольствия и зерна.

С тех пор как охотник перешёл к осёдлому образу жизни и превратился в крестьянина, запасы пищи, которые у него появились, стали привлекать множество мышевидных грызунов. В древних селениях, где были большие зернохранилища, человек уже оказывался не в состоянии в одиночку охранять их от непрошеных визитёров. Любое животное, которое охотилось бы на грызунов, было бы счастливой находкой для охраны этих, причиняющих столько беспокойства, складов. А массовые эпидемии, вызываемые грызунами, стали настоящим бедствием населения.

И вот в один действительно прекрасный день кто-то сделал потрясающее открытие. Оказывается, дикие кошки, которых и раньше видели бродящими возле амбаров, ловят мышей! Почему бы не приручить полезных животных? И кошек окружили таким вниманием, какого они раньше никогда не видали. Ушли в прошлое дни, когда им, затаившись в лесочке, приходилось часами подстерегать добычу. Всё, что теперь от них требовалось,— неторопливо прогуливаться вблизи амбаров, где в их распоряжении имелся целый «гастроном», полный упитанных обнаглевших грызунов. Ну, а следующая ступень — приручение и содержание в доме — была достигнута легко и быстро, ибо устраивала обе стороны...

Нам, располагающим современными эффективными средствами борьбы с мышевидными грызунами, трудно представить себе, как много значили кошки для наших предков! Среди учёных существуют самые различные мнения относительно начала одомашнивания кошек. Они считают, что ассирийцы и вавилоняне не имели представления о её существовании. Но уже в одном произведении на языке санскрит, увидевшем свет два тысячелетия назад, говорится о кошке, как о домашнем животном. В Сахаре, близ Мемфиса, в захоронении, возраст которого исчисляется в две с половиной тысячи лет, обнаружены фрески, запечатлевшие кошку, похожую на буланую. Поперечные полосы на шее животного, выглядевшие как ожерелье, навели учёных на смелый вывод, что эта кошка была одомашнена.

В Турции, близ селения Хацилар, найдены статуэтки, которые датируются шестым тысячелетием до нашей эры. Мотив: женщина играет с кошками. В третьем тысячелетии они уже были в Месопотамии. Иероглифы VI—V династий Древнего царства (2700 г. до н. э.) указывают, что они появились и в Египте. А за тысячелетия до этого водились здесь в полудиком состоянии, но уже вблизи человека, и охраняли амбары от грызунов. До обожествления оставалось несколько шагов!

Вершины славы кошки достигли в эпоху Среднего царства, при XVII—XI династиях (2040—1785 гг. до н. э.). Жрецы уже заботились о кошке как о храмовом животном.

Одним из центров «кошкопоклонников» был Город Солнца, из греческих источников известный нам как Гелиополис. Там изображение бога солнца Ра в кошачьем облике не редкость. Огромная статуя кошки в этом городе была техническим уникумом. Она расширяла и сужала зрачки в зависимости от положения солнца и от того, как падал свет. Одновременно это были и часы: каждый час божественное животное выпускало фонтанчик воды.

Многочисленные изображения кошек дошли до наших дней. Это либо скульптуры богини Бастет (или Баст) с кошачьей головой в восточной части дельты Нила, в городе Бубастисе, либо барельефы музея в Гизе, либо живопись, украшающая саркофаги, либо рисунки на папирусе. К этому можно добавить бесчисленные предметы кустарного производства: горшки, кольца, браслеты, пудреницы, найденные, в частности, среди погребального имущества в могиле Тутанхамона. Всё это украшено фигурками или силуэтами кошек.

Бастет была богиней Луны и одновременно богиней плодородия и материнства. Изображали её в виде кошки. До нас дошли керамика и бронзовые статуэтки с кладбища кошек в Бубастисе и многие кошачьи мумии, которые в сухом климате Северной Африки сохранялись так же долго, как и человеческие останки. Геродот, чей авторитет историка не подвергается сомнению, писал: «Когда кошки умирают, их помещают в святилище из камня, там бальзамируют и потом хоронят в Бубастисе.

Элурус — одна из египетских богинь, которая, так же как и Баст (Бастис), изображалась в виде женщины с кошачьей головой. «Лепестки» вокруг головы — это лучи солнца, их удостаивались лишь наиболее почитаемые божества. Собак же каждый хоронит в своём собственном городе. Так же обходятся и с ихневмонами*. Землероек и соколов доставляют в город Буто, ибисов — в Гермеополис. Медведей, которые редки, а также волков, которых не больше, чем лисиц, хоронят там же, где и обнаружили...». 

Кошачий культ в долине Нила принял крайние формы. Траур по кошкам справляли здесь одинаково: члены семьи, в которой жили кошки, сбривали брови и доставляли мумию в Бубастис. Вывозить животных за пределы страны категорически запрещалось. Путешественникам, торговцам и воинам вменялось в обязанность ловить кошек во время походов на чужбину и доставлять на родину.

Персидский царь Камбиз в 525 году до нашей эры вторгся в Египет. Шла битва за приграничный город-крепость Пелузиум. Под натиском египтян персы дрогнули. И тогда Камбиз приказал посадить на щиты своих воинов кошек. Египетское войско откатилось и сдало город, потому что люди не могли поднять оружие против священных животных. Греки, соседи египтян, страдавшие от мышей в не меньшей степени, тоже мало-помалу стали обзаводиться кошками. Они давно уже пытались бороться против грызунов с помощью хорьков и ихневмонов. Не помогли и полуприрученные змеи. Спасали только кошки! Началась эра контрабандистов и спекулянтов.

Из Греции засылали ловцов кошек в Египет. Кто попадался в руки властей — лишался жизни. Кроме того, египтяне предприняли контрмеры, они отправляли собственных агентов в земли эллинов и выкрадывали обратно своих священных животных. Но постепенно кошки все же проникали в Грецию и на Апеннины. Одно из доказательств тому — монеты V века до нашей эры, на которых можно узнать тип буланой кошки, а на более поздних изображениях видны уже породные расслоения. Но прежде чем мы отправимся в Европу вместе с египетскими и греческими купцами, давайте посмотрим, как же сложилась судьба кошки в Аравии.

Здесь она стала в раннем средневековье любимым животным пророка Магомета. Французский знаток кошек Пьер де Монкриф, издавший в начале XVIII века первую в мире книгу об этих животных, излагает любопытную трактовку общеизвестной истории, услышанную им от одного высокопоставленного муллы. В первые дни, когда «чистых и нечистых» заперли в Ноевом ковчеге (в мусульманской религии Нух), удивлённые движением лодки и новым местонахождением, они первое время не пытались познакомиться друг с другом. Но обезьяне вскоре наскучил сидячий образ жизни. Она пошла заигрывать с молодой львицей. От любви обезьяны и львицы родились кот и кошка! По мусульманскому преданию, именно Магомет научил кошку всегда падать на лапы и отвёл ей постоянное место в раю. После этого Магомета на арабском Востоке стали называть «отцом кошек».

Но ещё задолго до Магомета Плиний писал, что арабы обожали золотистых кошек (скорее всего речь шла о прародительницах абиссинских кошек). Так же относились к ним и турки, а вот собак безжалостно выгоняли, считая «нечистыми» животными. И сегодня у мусульман кошки пользуются особым расположением. До начала нашей эры кошки встречались в Греции и Риме редко. Вместо них здесь использовали против мышей главным образом ласок, горностаев и каменных куниц, а иногда хорьков, привезённых из Северной Африки во время правления императора Августа.

Постепенно из художественных произведений, в частности из греческих комедий, люди всё больше узнавали о кошках. Греческая богиня Артемида, покровительница охотников, заняла место Бастет! Когда же кошка всё-таки здесь появилась? Плутарх в I веке нашей эры говорит об этом животном как об экзотическом. Происхождение его не вызывает у мыслителя сомнений—из Египта! До него, если не считать беглых упоминаний Геродота и Аристотеля, о кошке никто не писал. Но и они говорят о кошках только с большим почтением, совершенно не упоминая их утилитарную роль сторожей-мышеловов...

В Коринфе была даже огромная бронзовая статуя, изображающая кошку, сидящую на задних лапах. Скорее всего, она попала из Египта в Грецию не прямо, а через Италию. А может быть, и через Крит? Там обнаружены фрески, изображающие кошек, которые пожирают перепёлок. Предполагают, что эти фрески относятся к 1600 году до нашей эры! Однако было бы логичнее вслед за Геродотом предположить, что греки выкрали кошачью породу у египтян, чтобы тоже спасать урожаи. И помогли им в этом финикийские мореходы, которые частенько наведывались во все порты Средиземноморья.

Н. Непомнящий
«Кошка в вашем доме»

Источник: murlokatan.narod.ru